ОБ ЭТОМ ПРИНЯТО МОЛЧАТЬ
Интернет сейчас буквально кишит статьями о резонансном судебном процессе над Линдси Клэнси, которая убила своих троих детей и пыталась покончить собой в 2023 году.
Материнство. Обычно его ассоциируют с чем-то чудесным, волшебным, наполненным невообразимым счастьем и бесконечной любовью. Но хочу поговорить об обратной стороне этого чуда. Предположить, что материнство может быть крайне тяжелым для женщины или не приносить ей должного удовольствия не допустимо. "Ты же мать" звучит как вердикт, априори долженствование жертвовать собой и взамен ничего не просить. С одной стороны, это так и есть, в природе женщины приносить в жертву свое тело, организм, потерю своего Я для защиты и здоровья своих детей; и проявлять здоровый сознательный мазохизм во многом, что связано с её детьми и материнством. Но есть один момент, который упускается: ещё один вынужденный мазохизм в виде негласного запрета говорить. Те состояния и чувства, которые переполняют женщину, начиная с момента зачатия, часто должны быть скрыты. Запрет на усталость, на раздражение, на ненависть, на отчаяние, на истощение и бессилие, на желание убить - вызывает лишь осуждение и порицание или раздражение. Давление общества, семейных ценностей, требование современных тенденций на здоровую и правильную привязанность говорит, чтобы женщина была готова к любым сценариям, постулируя "правильность" развития и воспитания ребёнка в современном мире.
Что же стоит на самом деле за первой улыбкой малыша, первым словом "мама", первыми его шагами и "мама, я тебя люблю"? Бессонные ночи и дни, что может привести к психозу в том числе; невозможность делать элементарные обыденные дела, вплоть до посещения уборной; тело и организм женщины претерпевает колоссальные метаморфозы, физическое и эмоциональное истощение, психоэмоциональные изменения и многое другое. Этим уже никого не удивить, общеизвестные и банальные факты. Миллионы женщин рожают и ухаживают за детьми, устают и все в порядке. Зачем же ныть?
"Самое ужасное, что может случиться с женщиной - материнство". Слова, вызывающие шквал осуждения и негодования. Страшно представить, что подобные мысли могут приходить в голову женщинам в материнстве куда чаще, чем "как же я счастлива быть мамой". Возможно многие не хотят сталкиваться с неудобной правдой о другой стороне материнства. Возможно это отражает их собственные подавленные переживания и агрессивные чувства, которые не допустимы в обществе и в самом себе.
Вина и стыд - часто ведущие чувства, которые наполняют женщину в процессе материнства, начиная с рождения её ребёнка. И не важно это первый или уже третий. Вина, что не достаточно много делает для своих детей; стыд, что хочет побыть одна или убежать от всего и т.п.. Страх, что она плохая "недостаточная" мать и не справляется должным образом - угнетает. А если есть в анамнезе (как у Линдси) психиатрической диагноз или другие не диагностированные клинические проявления, то это может активизировать тяжёлые психические состояния и привести к трагическим необратимым последствиям. Послеродовая депрессия нередкое явление и его часто не берут во внимание всерьёз. А вот послеродовой психоз вообще из ряда фантастики. Но в случае Линдси депрессия выступила как симптом, а не отдельное заболевание. Возможно и протокол лечения должен был быть другим.
Линдси говорила о своём состоянии, о мыслях, о галлюцинациях. Но её внешние наносные проявления счастья и удовольствия от материнства перекрывали все жалобы. Счастливые фотографии с семьей и детьми в соцсетях, её отличное настроение и отношения с близкими и окружающим, делало невозможным принять тот факт, что с ней может быть не все в порядке. Стандартные протокольные мероприятия и медикаментозное лечение - вот столпы, на которые стоит опираться в случае послеродовых депрессивных жалоб. Часто просто озвучить свой "бред" или абсурдные мысли снимает напряжение, а быть услышанной - целебно, получив в ответ, что переживать разные чувства, нуждаться в помощи, чувствовать бессилие - нормально. Ведь желания и фантазии не равно действия.
Из хронологии протекания медикаментозного лечения, меняющегося состояния Линдси, из опубликованных вырезках её личного дневника, можно сказать, что её психическое состояние было крайне тяжёлым и невыносимым для нее. Убив своих детей, возможно она хотела избавить их от той "неидеальной" мамы, которая не справляется со своей участью и все никак не может в полной мере получить обещанного наслаждения и удовольствия быть мамой. Тем самым избавив себя саму от разрушающих чувств вины и стыда, источником которых было ее карающее и жесткое Сверх-Я. Её дети не заслужили такую "неидеальную" маму, а она не заслужила таких "идеальных" детей. Они не должны жить и страдать. Рассыпающийся выстраданный образ "идеальной" любящей мамы для Линдси был полным крахом и личной неудачей. Она так переживала и заботилась о благосостоянии своих детей и близких, ведь детям нужна улыбающаяся и спокойная мама, а мужу - нежная и заботливая жена. Она любила своих детей на столько сильно, что возможно не смогла позволить им "плохую" маму, на столько и ненавидела себя за свою "недостаточность". Любовь и ненависть всегда идут в паре, на другом полюсе - равнодушие.
Это не оправдание поступка и действий Линдси, это объясняет те причины и бессознательные мотивы, которые возможно сподвигли её на преступление.
Быть в состоянии раздражения, отчаяния, непонимания, что делать с кричащим два часа к ряду ребёнком, нормально. Другой вопрос как его решать и справляться с этими состояниями, на сколько влечение к жизни превалирует над влечением к смерти, или наоборот.
При разгерметизации салона самолёта есть главное правило безопасности: наденьте маску сначала на себя, а потом на ребёнка или зависимого пассажира, так как при нехватке кислорода счёт идёт на секунды, и без сознания вы не сможете никому помочь. Матери нужно быть в сознании, ей необходимо дышать.
